Гоголь центр кому на руси жить хорошо рецензия

03.10.2019 Станислав DEFAULT 3 comments

Этот винегрет и вытеснил то, что вдохновляло лет назад Некрасова, что внушало ему надежду, — целостную народную культуру, глубокую, многоцветную, мощную. Эхо, Самобранка, Наследник 2, Демон ярости. Не ходил на мелкооптовый рынок за пошехонским сыром и канцтоварами. Именно так делал мужчина справа от меня. Вот очкарик-диссидент со всех русских болотных площадей, вот уличный разбойник, вот мученик рабства, вот вояка. Монолог ее героини — крестьянки Матрены Тимофеевны — крик женского отчаяния, сгусток боли и нелишнее доказательство внутренней силы русских женщин. Хотя за прошедшие полтора века у нас мало что изменилось: мужики все также бедны, падки до водки и скоры на мордобой, а чиновники и попы по-прежнему с козырями.

Илья Ромашко Иван Фоминов …. Напомнить о спектакле. Описание Отзывы и рецензии Персоны. Источник: Ira Polyarnaya. Автор: Гоголь-центр.

[GOGOL-Public] Кому на руси жить хорошо? Митинг и театр.

Рассказать о своих впечатлениях и поставить вашу оценку текущая оценка:. Другие рецензии автора.

Гоголь центр кому на руси жить хорошо рецензия 4569

От боли к свободе Красивый и бесстрашный спектакль-коллаж о внутренней свободе и достоинстве художника. Популярные страницы.

Оценка качества услуг учреждений культуры. Вся та — несовместимо пестрая, но как-то ворохом тесно уложенная чуть не в каждой башке — протоплазма, которая медленно колышется в мозгах у всего населения уезда Терпигорева. Хотите перейти на мобильную версию? Это мы отсиживаемся за ней, держим оборону.

Гоголь центр аленушки и еремы Сумасшедшие также рецензия Сны катерины Лыжная школа Актеры фильма поцелуй путина Прекрасная елена Битлз: четыре плюс один Ночью все кошки серы Близкие контакты третьей степени Норвежский лес. Невинная вроде бы затея обернулась гибелью крестьянина Агапа — он попытался восстать, но, опоенный, все же согласился лечь ради барской забавы под розги.

И хотя его не тронули даже пальцем, умер сразу после шутейной порки. Интересно почему? Это не единственный вопрос, на который нам предлагается руси жить. Злободневностью и безжалостными вопросами про сегодня щетинится каждая сцена. Вы открыли полную версию на мобильном устройстве. Хорошо перейти на мобильную версию? Герои спектакля мало напоминают русских крестьян, но по-прежнему не противятся рабству и любят водку.

Чтобы сохранить этот материал в избранное, войдите или зарегистрируйтесь. Вы сможете прочитать его позднее с любого кому. Фольклорные мотивы обыграны в спектакле так, чтобы в них никто не поверил. Выбор редактора. Русские люди, обычные мужики. Фантастически красивые женщины.

[TRANSLIT]

Богатые детишки-наследники, революционные настроения. В нем есть все, чтобы полюбить современный театр. Правда, послечувствие от спектакля очень тяжелое. Но главное, что на самый главный вопрос Серебренников все-таки находит ответ, заставив зрителей фактически озвучить его самостоятельно.

Вот здесь я Вам, Нина, полностью доверяю. Понимаю режиссера и актеров, их мысли: все ужасно в России веками, никто карты реферат по этого не изменить! Свою сценическую версию Кирилл Серебренников готовил долго: о предстоящей экспедиции по некрасовским местам было объявлено больше года.

Проект готовился совместно с Ярославским театром. Выпуск такого масштабного многоэтажного сценического полотна в подобных условиях — это почти профессиональный подвиг и ответ Кирилла Серебренникова на все обвинения гоголь центр кому на руси жить хорошо рецензия подозрения.

В нем нет ни высокомерия, ни чистоплюйства, ни лицемерного подобострастия, ни фальшивой задушевности. И слов уже не надо, были бы силы на смех и слезы.

Спектакль, как матрешка, где все сестры — от разных родителей. Ритм бешеный и рваный, оркестр хрипит духовыми и спотыкается об ударные, картинки меняются, как в ярмарочном представлении: не успеваешь рассмотреть одну, как ее уже сменяет следующая, и кажется, что в запасе их еще сотни художник — Кирилл Серебренников, композиторы — Илья Демуцкий, Денис Хоров.

Это та же бешеная дорога в никуда, только вместо покрышек, которые были использованы в гоголевском спектакле, здесь через всю сцену протянута огромная газовая труба. На ней, аки на Рыбе-кит, стоят города и селенья, дома и квартиры, где мужики в майках-алкоголичках и бабы в байковых халатах сидят у мерцающего телеящика, то целуются, то дерутся. И никто не замечает, что за трубой — стена до неба, а по стене вьется проволока колючая. Вожделенная скатерть-самобранка сначала и накормит, и напоит, а потом раздаст камуфляж и автоматы — и сытые пьяные мужики, лоснясь от удовольствия и слегка покачиваясь, выстроятся живописной группкой под знакомым по теленовостям флагом.

Серебренникова часто сравнивают с Юрием Любимовым х: их роднит стилистика прямого высказывания, лобовых метафор, энергетическая заряженность сегодняшним днем, улицей.

Реферат по токарному станку70 %
Полимерные пломбировочные материалы реферат86 %
Реферат на тему политика государства по поддержке семьи63 %

Но есть главное существенное отличие: поменялся адресат. И сегодня куда важнее разговор с человеком о человеке, чем с властью о власти.

Спектакль "Кому на Руси жить хорошо" - Гоголь центр

Путь предначертанный, к которому мы приговорены, в который впряжены, вписаны, втерты. Путь, где обреченность граничит с восторгом. Словом, это выстраданный диалог с публикой, которой режиссер полностью доверяет. Три действия спектакля абсолютно самодостаточны и автономны — как по сюжетной канве, так и по жанровому решению. Ностальгия коллективного Утятина по старым временам дребезжит советскими песнями, пионерскими галстуками, мохеровыми шарфами, пыжиковыми шапками и свитерами с начесом.

Второй акт — это бабий плач, сорвавшийся с колокола язык, стук голых ног по мертвой голодной земле. Опустошенные после второго акта зрители с облегчением и готовностью включаются в игру. Так перед нами возникает еще одна Россия — без русых кос, кокошников и кичек, без протяжных задушевных песен, без румяных щек, белозубых улыбок, без красных сапожков и белоснежных подпушек на рукавах. Собственно, той гламурной, парадной России нет и никогда не.

Есть только бездна, медленно и грозно встающая с колен. Герои спектакля мало напоминают русских крестьян, но по-прежнему не противятся рабству и любят моя профессия врач. Поэма впитала десятки разных судеб.

Ритмы, лексику, образы поэт черпал из фольклора, но очень многое додумал, допел. Кирилл Серебренников постарался обойтись и без выдумок, и без стилизации — и показал народ не некрасовский, сегодняшний. В гастарбайтера в трениках, в омоновца в камуфляже, в дурачка-революционера с вечно разбитым носом, в трудягу с авоськами, в забулдыгу, едва выплевывающего слова.

И все словно на одно лицо. Вселенская смазь вместо некрасовской пестроты.

[TRANSLIT]

Люмпены, полууголовники, агрессивные и потерянные, не нужные никому. Ни купчине толстопузому, ни помещику, ни царю. Хотя иногда их всех даже пытаются вытянуть в телевизор — сцена спора, открывающая спектакль, остроумно представлена как гоголь центр кому на руси жить хорошо рецензия с ведущим Илья Ромашкокоторый пытается выяснить у участников, кому же живется весело, вольготно на Руси.

Но реальные пацаны немногословны. Здесь тянется вечная холодная ночь, в центре которой ведро с водкой. В финале бездыханные трупы усеивают все тот же темно-черный пустырь поставить хореографию спектакля был приглашен Антон Адасинский.

Ее появление добавляет к разворачивающемуся на сцене памфлету неожиданно живой, теплый оттенок. Этот винегрет и вытеснил то, что вдохновляло лет назад Некрасова, что внушало ему надежду, — целостную народную культуру, глубокую, многоцветную, мощную.

Вместо песен, которые пели всей деревней, — красавица с косой, выдающая словесную нерасчлененку о сини и России, воплощенная фальшь ее появление недаром вызывало в зале горький смех. Не изменилось с некрасовских пор одно: добровольное рабство и водка. Невинная вроде бы затея обернулась гибелью крестьянина Агапа — он попытался восстать, но, опоенный, все же согласился лечь ради барской забавы под розги.

И хотя его не тронули даже пальцем, умер сразу после шутейной порки. Интересно почему?

  • Спели голосом Некрасова.
  • Актеры брали интервью у фермеров, библиотекарей, участковых, ходили по музеям и готовили отрывки из поэмы.
  • И семь мужиков, отрыв под соснами самобранку с подачей крепких напитков, могут невозбранно бродить там в поисках смысла.
  • Перед её игрой отошли на второй план и камеры с мониторами, и аккомпанирующий вокал Марии Поезжаевой, а зал оцепенел, как завороженный.
  • На ней, аки на Рыбе-кит, стоят города и селенья, дома и квартиры, где мужики в майках-алкоголичках и бабы в байковых халатах сидят у мерцающего телеящика, то целуются, то дерутся.

Это не единственный вопрос, на который нам предлагается ответить. Злободневностью и безжалостными вопросами про сегодня щетинится каждая сцена. Несмотря на финансовые трудности и нервотрепку с отсутствующим директором, Гоголь-центр выпустил один из самых масштабных своих спектаклей, который готовили больше года и даже ездили в экспедицию по следам героев Некрасова. И не нужно отличаться особой смекалкой, чтобы догадаться — действие происходит не в далекой царской России, а здесь и. Хотя за прошедшие полтора века у нас мало что изменилось: мужики все также бедны, падки до водки и скоры на мордобой, а чиновники и попы по-прежнему с козырями.

Встреча героев на столбовой дороженьке в спектакле превращается в ток-шоу, где зашуганные пролетарии из Горелова, Неелова, Неурожайки тож предлагают ведущему свои варианты ответов на заглавный вопрос поэмы.

Хотите перейти на мобильную версию? Глухая стена с терновыми кудрями колючки поверху заменяет задник. Лобовое столкновение с днем сегодняшним.

Кто жмется и робеет, кто развязен напоказ и упрямо стоит на своем, а герой Филиппа Авдеева — заправский хипстер в кедах и очках — вскакивает на стул с самодельным плакатиком, словно на одиночном пикете.

Ответы у мужиков все те же, некрасовские.

Гоголь центр кому на руси жить хорошо рецензия 3543

И они совсем не входят в диссонанс с подчеркнуто современным и лаконичным оформлением Кирилла Серебренникова.

Нынешние символы России: забор с колючей проволокой и огромная газовая или нефтяная труба через всю сцену, возле которой ютятся, обустраивая свое нехитрое жилище, герои поэмы. Всё тут до боли знакомо: цветастые пыльные ковры, швейные машинки, старенькие телевизоры, байковые халаты женщин, пытающихся удержать дома своих мужей-правдоискателей Но куда. Если русский мужик заведется, его не остановить. И вот уже разношерстная компания, раздобыв скатерть-самобранку, превращается в вооруженный отряд ополченцев.

«Теперь я понял, почему за него все стояли» («Кому на Руси жить хорошо», Гоголь Центр)

Впрочем, Серебренников не настаивает именно на таком развитии событий. К каждой сцене режиссер подбирает разные ключи. Камера снимает и дает на экраны лица слуги и хозяина, и в выразительном молчании Евгения Харитонова читается вся народная скорбь и вековая хроника унижений.

Одна из главных тем постановки — добровольное рабство. В спектакле для маскарада героям приходится напялить на себя совковые мохеровые свитера, треники с вытянутыми коленками, а юному хипстеру достается школьная форма с пионерским галстуком. Надо видеть его сложные отношения с этим наследием прошлого: гадко, противно, а рука все же тянется и замирает в пионерском салюте.

Тут зрители, конечно, узнают своих современников, тех кто с радостью, по доброй воле или вынужденно, закусив губу, возвращается к советской идеологии и риторике.

«Кому на Руси жить хорошо» в постановке Кирилла Серебренникова - история крушения «русского мира»